Китайский рекорд: пять вопросов к продаже 14% «Роснефти»

Китайский рекорд: пять вопросов к продаже 14% «Роснефти»

Крупнейшая частная нефтегазовая компания Китая станет акционером «Роснефти», заплатив за это $9 млрд. Вызвавшая много вопросов структура Glencore и Катара, купившая более 14% акций «Роснефти» в кредит, оказалась временной

Фото: Анатолий Жданов / Коммерсантъ

Консорциум, состоящий из швейцарского сырьевого трейдера Glencore и катарского инвестфонда QIA, договорился о продаже большей части своего пакета акций «Роснефти» китайскому инвестору. Покупателем 14,16% акций «Роснефти» станет частная нефтяная компания CEFC China Energy («Хуасинь»), объявил Glencore и подтвердил глава «Роснефти» Игорь Сечин. Сумма сделки превышает $9 млрд, что делает ее крупнейшей китайской инвестицией в российский бизнес. Впрочем, большинство этих денег придет не в Россию: ими консорциум Glencore и QIA рассчитается по кредитам, которые были взяты у итальянской Intesa и российских банков для приватизации части «Роснефти» меньше года назад.

Glencore и QIA сохранят на двоих чуть более 5% акций «Роснефти». Продав китайцам ту часть приватизированного пакета в «Роснефти», которая была куплена на заемные деньги, консорциум разом избавляется от долгового бремени и от имиджевых рисков, которые нес тот непрозрачный кредит. Но если одни вопросы уходят, то другие появляются: третьим по величине акционером «Роснефти» становится амбициозный китайский конгломерат с неясной структурой собственности и своеобразной философией.

Сколько заплатят китайцы?

В сообщении Glencore говорится, что акции «Роснефти» будут проданы CEFC по цене, примерно на 16% превышающей средневзвешенную биржевую стоимость бумаг за последние 30 дней. Это подразумевает, что стоимость сделки могла составить около $9 млрд, подсчитал аналитик «Уралсиб Кэпитал» Алексей Кокин. У РБК получилась такая же сумма, по данным терминала Bloomberg на основе рублевых котировок «Роснефти» на Московской бирже в пересчете на доллары. Представитель CEFC сказал Reuters, что сумма сделки составляет $9,1 млрд. Источник РБК, близкий к продавцам, уточняет, что сделка номинирована в евро и составляет около €7,5 млрд.

При этой цене покупка CEFC 14,2% акций «Роснефти» станет рекордной прямой инвестицией Китая в капитал российской компании. Сейчас крупнейшей сделкой считается покупка в 2006 году компанией Sinopec «Удмуртнефти» за $3,5 млрд, следует из данных проекта China Global Investment Tracker.

Сумма сделки выглядит завышенной — премия в 16% к рыночной цене необычна для покупки миноритарной доли, особенно в случае с Россией с ее инвестклиматом, говорит РБК профессор финансов Хьюстонского университета Крэйг Пирронг, который следил за приватизацией 19,5% «Роснефти». А китайцы обычно не любят переплачивать. Пирронг уверен, что CEFC должна была что-то получить взамен — например, преференциальные условия поставок российской нефти. «Роснефть» и CEFC действительно подписали долгосрочный контракт на поставку нефти, сообщала российская компания, но условия поставок неизвестны.

Крупнейшие инвестиционные сделки Китая за рубежом


Еще 3 фото

Фотогалерея

Что известно про покупателя?

CEFC нельзя назвать широко известной китайской компанией, но за несколько лет она превратилась «из нишевого топливного трейдера в быстрорастущий нефтяной и финансовый конгломерат», отмечал Reuters в начале этого года. Годовая выручка компании превышает $40 млрд.

CEFC была основана в 2002 году ее нынешним председателем Йе Цзяньмином и, как считается, принадлежит ему. Но почти ничего не известно о том, как основатель находил деньги на стремительное развитие бизнеса и как сейчас распределены доли в компании. Представитель CEFC говорил Reuters, что Йе Цзяньмин владеет группой через доли в ее дочерних компаниях, а не через холдинговую структуру. «Хотя компания настаивает, что она частная, ее корпоративная структура способствует спекуляциям о том, что управляется она как государственная организация», — пишет гонконгское издание South China Morning Post.

На сайте CEFC говорится, что «уникальная» управленческая модель компании сочетает в себе «торговую экономику, конфуцианство и менеджмент в военном стиле».

В начале сентября 2017 года «Роснефть» подписала с CEFC соглашение о сотрудничестве по разведке и добыче нефти в Восточной и Западной Сибири, а также контракт на поставку российской нефти. Пресс-секретарь «Роснефти» Михаил Леонтьев пояснил РБК, что компания обсуждает с CEFC сотрудничество в сфере добычи нефти и привлечения финансирования. «Мы обсуждаем с ними участие в основных наших добычных проектах в Восточной Сибири», — сказал Леонтьев. По его словам, речь идет прежде всего о гринфилдах (еще не разработанных месторождениях), таких как Сузунское месторождение. «У них есть возможности привлечения финансирования на приемлемых, комфортных для нас условиях», — говорит пресс-секретарь «Роснефти». Сделка по покупке 14,2% «Роснефти» «отражает крепкую веру CEFC в качественную ресурсную базу «Роснефти», конкурентные преимущества в отрасли и силу ее менеджмента», говорится в сообщении CEFC.

Когда будет закрыта сделка?

Сделка еще не завершена, следует из сообщения Glencore. Она зависит от «завершения финальных переговоров и получения CEFC всех необходимых регуляторных разрешений». На одобрение регуляторами и закрытие сделки может потребоваться около месяца, сказал РБК источник, близкий к одной из сторон.

В каких юрисдикциях нужны согласования с регуляторами, сообщение Glencore не раскрывает. Представитель Glencore отказался комментировать сделку, а представители CEFC и британского коммуникационного агентства, чьим клиентом является QIA, не ответили на запросы РБК. Согласование российской правительственной комиссии по иностранным инвестициям не потребуется, указывает партнер King & Spalding Илья Рачков, поскольку согласно закону об иностранных инвестициях его не требуется, если в ходе сделок с иностранными инвесторами Российская Федерация прямо или косвенно сохраняет контроль в стратегическом предприятии. CEFC в пресс-релизе, вышедшем в пятницу вечером, сообщила, что транзакция «получила предварительное одобрение Национальной комиссии по развитию и реформам Китая», но еще нужны одобрения «соответствующих правительственных органов».

Владелец 19,5% «Роснефти», продающий 14,2% китайцам, QHG Oil Ventures зарегистрирован в Сингапуре и контролируется цепочкой британских компаний.

Игорь Сечин

(Фото: Алексей Дружинин / РИА Новости)

Какой будет акционерная структура «Роснефти» после сделки?

После завершения сделки у «Роснефти» будет три крупных иностранных акционера — британская BP с долей 19,75%, CEFC (14,16%) и консорциум Glencore и Катара (QHG) с долей около 5,3%. Государственному «Роснефтегазу» принадлежит чуть более 50% акций. На долю Glencore будет приходиться эффективная доля в «Роснефти» в размере около 0,5%, а на долю QIA — 4,7%, сообщил Glencore.

Сечин заявил, что в «Роснефти» рады тому, что в число ее акционеров войдет китайская компания. «Для нас это серьезное событие, которое в целом формирует в окончательном виде акционерную структуру компании. Мы рады, что это стала именно китайская корпорация», — сказал глава «Роснефти» в интервью телеканалу «Россия 24».

Аналитики «Ренессанс Капитала» не исключают, что в будущем CEFC может поделиться своей долей в «Роснефти» с другими китайскими инвесторами, «учитывая растущий уровень сотрудничества «Роснефти» с китайскими нефтегазовыми компаниями.

В июне акционеры «Роснефти» избрали в совет директоров представителей новых совладельцев — главу Glencore Айвана Глазенберга и президента по научно-исследовательским разработкам Qatar Foundation Файзала Алсуваиди. Представитель «Роснефти» отказался комментировать, останутся ли они в совете директоров после закрытия сделки с CEFC. Сейчас в совете «Роснефти» девять директоров, но в конце сентября акционеры расширят его до 11 человек. Право номинировать кандидата в совет директоров появляется уже при 2% голосующих акций, но номинированного кандидата надо еще выбрать. Чисто математически при стопроцентной явке, чтобы провести одного кандидата в совет директоров, акционеру — даже с учетом кумулятивного голосования — понадобится 9% голосующих акций, говорит партнер коллегии адвокатов «Ковалев, Тугуши и партнеры» Сергей Патракеев. Но консорциум Glencore и QIA может сохранить места в совете, если это будет прописано в акционерном соглашении, добавляет он.

Как отреагировал рынок?

Котировки «Роснефти» поднимались на Московской бирже максимально на 3,2% после новостей о сделке и закончили пятничную сессию ростом на 2,9% (до 314,95 руб. за бумагу). Акции Glencore на Лондонской бирже, напротив, подешевели на 1,5%. CEFC и QIA не торгуются на бирже.

Что будет с кредитом Intesa и российских банков?

Сечин пояснил, что основную часть приватизированного в конце 2016 года пакета «Роснефти» (19,5%) консорциум Glencore и QIA приобрел на заемные средства, но в последнее время обслуживать кредит стало слишком дорого. «Волатильность на финансовых рынках привела к серьезной девальвации доллара по отношению к евро, и расходы на обслуживание этого кредита стали достаточно серьезными. В этой связи консорциум QIA и Glencore решил найти дополнительного партнера, чтобы обеспечить прямое владение этими акциями без кредитной нагрузки», — сказал Сечин. С декабря 2016 года, когда Glencore и QIA купили долю в «Роснефти», курс доллара к евро действительно опустился, подтверждает Кокин из «Уралсиба»: тогда один евро стоил $1,07, а сейчас — $1,19.

Консорциум потратил на покупку акций «Роснефти» только €2,8 млрд собственных средств (причем Glencore только €300 млн, но получил выгодный контракт с «Роснефтью»), остальные €7,4 млрд были предоставлены итальянским банком Intesa Sanpaolo (€5,2 млрд) и некими российскими банками (€2,2 млрд), которых участники сделки так до сих пор и не раскрыли. Из российских банков сделку мог прокредитовать Газпромбанк, рассказывали источники РБК в декабре 2016 года, но это никогда не подтверждалось (представитель банка в пятницу не ответил на звонок РБК). А банк ВТБ помог с промежуточным финансированием сделки, предоставив на одну неделю в декабре €10,2 млрд структуре Glencore. Эта сумма была перечислена «Роснефтегазом» в федеральный бюджет 2016 года, но закрытия сделки с Glencore и QIA пришлось ждать до начала 2017 года, когда обещанные средства выдала Intesa. «Всегда казалось, что сделка по продаже 19,5% «Роснефти» консорциуму QIA и Glencore была организована на скорую руку, чтобы успеть провести приватизацию до конца прошлого года и доходы от нее попали в федеральный бюджет», — сказал Reuters старший партнер консалтинговой компании Macro Advisory Крис Уифер.

Топ-менеджеры Газпромбанка и ВТБ в марте 2017 года получили награды от президента Владимира Путина за «укрепление позиций России в глобальной нефтегазовой отрасли и успешное выполнение задач по улучшению инвестиционного климата». Спустя месяц ордена Дружбы от президента получили руководители Glencore, QIA и Intesa. Glencore вообще выглядит самым однозначным победителем в этой истории, замечает Пирронг: компания Глазенберга заработала расположение Путина и Сечина, придя на помощь российскому бюджету, при этом изначально обошлась малым финансовым риском (благодаря особой структуре сделки) и получила выгодный контракт по сбыту нефти «Роснефти».

Intesa «полностью возместит себе» кредит, предоставленный консорциуму, передал​ Reuters со ссылкой на заявление банка (на запрос РБК пресс-служба Intesa не ответила). После приватизации 19,5% «Роснефти» этот пакет целиком находился в залоге у Intesa, писал РБК. Итальянский банк безуспешно пытался синдицировать кредит на €5,2 млрд уже после его выдачи (что само по себе было нетипично, поскольку синдикат обычно формируется до предоставления кредита) — о первых проблемах с синдикацией РБК писал в феврале, в августе агентство Reuters сообщило, что западные банки вновь отказались от сделки из-за новых санкций США против России.

Получив деньги от CEFC, консорциум Glencore и QIA целиком направит их на погашение долга перед Intesa и неназванными российскими банками (€7,4 млрд), а также на выплату комиссий и возмещение других расходов, понесенных в связи с первоначальной сделкой по покупке 19,5% «Роснефти» (около €100 млн), утверждает источник, близкий к консорциуму. Таким образом, никакой прибыли от реализации пакета консорциум не получит (если не считать дивидендов, уже собранных от «Роснефти»). По расчетам РБК, консорциум получил дивиденды по акциям «Роснефти» за 2016 год в размере 12,36 млрд руб. ($216 млн по текущему курсу), из которых на пакет, уходящий китайцам, приходится $157 млн. Кроме того, «Роснефть» собирается выплатить промежуточные дивиденды за первое полугодие 2017 года, дата закрытия реестра под дивиденды — 10 октября, владелец 14,16% капитала получит 5,75 млрд руб. ($100 млн).

Условия, на которых Glencore и QIA привлекали кредитные ресурсы на покупку акций «Роснефти», никогда не раскрывались (стоимость обслуживания, срок и т.д.). Залог с акций после возвращения кредита Intesa, естественно, будет снят, говорят два собеседника РБК, близкие к сторонам сделки.

Источник

Добавить комментарий